Я заметила новый тренд. Стало модно знать о многом, быть увлечённой и разносторонне развитой личностью. Может, так было и раньше, но сейчас особенно интересно, что просвещаемся мы у наших. Так, например, на вопрос об отдыхе, уже скорее слышишь не истории о сервисе в заграничном отеле и удачном шопинге, а историю о последнем мюзикле, выставке живописи или органном концерте.

И всё это у нас тут, в городе. Эрмитаж стал похож на густонаселённый остров культуры, где текут реки народов, смешиваются голоса, с полотен смотрят древние рыцари в латах, а за углом манерные рисунки  Эрте для модных глянцевых журналов. В Манеже проходит выставка наших современных художников - и люди беседуют о современном искусстве, об инсталляциях, о смыслах и бессмыслицах.

  В Манеже меня очень впечатлила коллективная фотография советских времён, - огромное такое полотно, чёрно-белое. И вот перед нами сидят наши дядьки в форме, в валенках, - суровые мужи, одним словом, отцы. И у всех нет лиц. Вырезаны. И в этих отверстиях для суровых мужских лиц — красные то ли шарики сдувшиеся, то ли бахилы красные-прекрасные. Ага. И жутковато. О роли личности в истории как-то сразу думается, о судьбах Отечества.

А с другой стороны — такая же огромная коллективная фотография из детского сада. Чёрно-белые силуэты детей в зимних одеждах. Милые варежки, мягкие воротнички. Воспитательница по центру фото. Рядом девчушка — милая, в белой шапочке с бумбонами. И снова — только её лицо различимо на фото. А остальных — нет. Зарисованы, закаляканы ручкой. Достали они её, видно.

Такие вот истории личности.

При чём тут йога?

Много-много есть курсов личностного роста, и психологов прекрасных, и школ, и курсов. И это замечательно! Дорога к внутренним ресурсам и полезным ископаемым личности — это интересный и заманчивый путь. Люди выбирают такой творческий отдых с развитием, чтобы отдыхать, переключаться — одним словом, чтобы перезарядиться. Иногда особо консервативные товарищи считают, что такой отдых — выбор тунеядцев. Балуются, мол, люди, нечем заняться. На самом деле, увлекаясь ещё чем-то помимо работы и семьи, мы чуть смещаем фокус.

Например, знакомый офтальмолог, детский глазной хирург, на мои восторги по поводу сложности его работы, подмигнув мне и, воздев указующий перст в небо, ответил, что, вот, на права учиться — это да, сложно. Веду машину, кручу, говорит, головой в разные стороны, а внимания на всё не хватает. Интересно, что новые сложности делают обычные рутинные наши проблемы не такими уж тяжёлыми.

  Вот и сейчас в группах на занятии у нас занимается хирург. Улыбчивая, весёлая, а внимание скачет: видно, отдыхает она после смены на уроке. И приходится её взывать к ответственности, требовать заточить скальпель внимания и уже с интересом помогать себе и ногу выпрямить, и спину поддержать. 

  Так, видимо, можно научиться расширять горизонты восприятия: видеть не только работу, заботу, тоску, но и радость, сладость и лёгкость жизни.

История о плачущем Ницше.

  Я как-то на занятии, увлёкшись, рассказывала о Блаватской. О великих философах прошлого, о могуществе идей, о титанах духа и о Ницше, в частности. Моей слушательницей была молодая женщина, мать двоих детей. Мы делали с ней позы, что-то шло лучше, что-то туго тянулось, ныло и, в общем, всё её тело, весь настрой были ленивыми, тугими и какими-то безнадёжными. Сложена она красиво: округлые женственные формы, мягкость линий и плавность движений.

Но всё это очень медленно двигается, неуверенно как-то стоит, и, главное — женщина ничего не хотела. Совсем. Необычное для женщины состояние. Апатичное, вялое «ничегонехотение». И так мы занимались долгое время. А потом совместными усилиями мы взбодрились: всё стало бодро двигаться, пришла компактность тела, упругость мышц, появился тонус. Не только тела, но и души. И ей захотелось музыки, песен, красоты.

Вместе со стойкой на руках пришла уверенность в себе, захотелось в эту жизнь играть. Играть, например, на фортепьяно. Она берёт уроки у преподавателя музыкальной школы, которая требует от нашей знакомой не просто ремесленных навыков игры, а таки новых, понимаешь, нейронных связей! В общем, женщина теперь бодра, весела и красива. И вот в эти горящие жизнью глаза я и рассказываю историю о титанах духа. О том, что бытовуха, рутинные заботы и любовные трагедии из кого-то делают обычных смертных, а кого-то возносят к бессмертным.  А потом мы расстаёмся после занятия, обсудив маникюр, детские проблемы и семейные дела.

  А вечером у нас внезапно переписка в смс:

- Ира, а что там за книжка про Ницше и его любовь?

- Ирвин Ялом «Когда Ницше плакал».

- Ага. Её не нашла. Взяла Заратустру. Попробую.

   Такие у меня сегодня истории. И с маникюром можно читать титанов духа, постигать мощь идей и варить суп. Одним словом, «быть можно дельным человеком и думать о красе ногтей».