В рамках конкурсного производства при банкротстве физлица может быть создан прецедент — освобождение криптовалюты от включения в конкурсную массу, пишет «Коммерсантъ». Признанный осенью 2017 года банкротом Игорь Царьков сообщил, что имеет крипто-кошелек, но попросил не учитывать криптовалютные активы при формировании конкурсной массы, сославшись на то, что их нельзя считать имуществом по российскому законодательству.

Ольга Кириллова, управляющий директор Heritage Group:

Арбитражный суд Москвы решит, включать ли криптовалюту, принадлежащую должнику, в конкурсную массу. Игорь Царьков, задолжавший банку более 18 миллионов рублей, по собственной инициативе был признан банкротом, но позже арбитражный управляющий выяснил, что у должника имеется счет  в криптовалюте. Царьков заявил, что это имущество нельзя включить в конкурсную массу, как не имеющее статуса по современным российским законам, что в принципе, соответствует правде. Управляющий с этим доводом не согласен: он считает, что суд может определить, как активы в виде криптовалюты могут быть проданы и включены в конкурсную массу. И он — тоже прав!

Все будет напрямую зависеть от внутреннего убеждения суда. Если суд сумеет предложить и зафиксировать какую-либо процедуру реализации криптовалюты, как имущества должника, то дело имеет все шансы стать первым прецедентом на этом поле в Российском праве, который позволит включать накопления, например, в биткоинах в конкурсную массу. А пока — все это действительно может иметь признаки намеренного вывода активов в криптовалютный счет и последующего банкротства, с целью избавления от долгов.

Теоретически, с точки зрения изъятия в конкурсную массу, криптовалюта мало чем отличается от, например, Яндекс-денег, Webmoney или любых других электронных денег. Поэтому с одной стороны этот пробел в законодательстве является чисто формальным, и отрегулировать сам по себе механизм изъятия активов в виде криптовалюты в конкурсную массу должника не сложно.

Однако более существенной проблемой можно считать сам способ обнаружения таких активов у должника. Криптовалют уже существует весьма и весьма немалое количество. Буквально с каждым днем растет и количество различных площадок и бирж, с ними работающих. Сама система блокчейна, на которой зиждется обращение криптовалюты, подразумевает невозможность отследить наличие у того или иного владельца (если на то не получено его согласие) криптовалютных активов. В мире биткоина и эфира нет и единого регулятора, который мог бы гарантированно предоставлять такие сведения. И в этом как раз кроется наибольшая проблема для изъятия криптовалюты в конкурсную массу в рамках процедуры банкротства: возникнут чисто прикладные трудности обнаружения этих активов.

В прецедентном деле эта проблема сошла на нет лишь благодаря «сознательности» банкрота: должник добровольно сообщил конкурсному управляющему о наличии у себя накоплений в криптовалюте. Если бы он этого не сделал, ни о каком включении активов в конкурсную массу и речь бы не шла.

Вероятно, какую-то плоскость отношений с криптовалютой опишут законодательные нововведения, которые, согласно поручению Владимира Путина от 24 октября, Банк России совместно с правительством должны разработать и запустить до 1 июля 2018 года. Они должны будут урегулировать криптовалюты, майнинг и ICO. Однако сама возможность выявления криптовалютных активов по-прежнему останется под вопросом.